Гийом Тету, предприниматель в сфере часового производства, утверждает, что для создания новых символов необходимо нарушать табу.
Для крупных часовых компаний перемены остаются деликатной темой. Они вызывают сопротивление, поскольку, кажется, противоречат «наследию» и «традициям», которые подчеркиваются в каждом пресс-релизе, часто дословно повторяемом журналистами. Тем не менее, на мой взгляд, гораздо важнее придерживаться последовательных, смелых и современных эстетических решений, чем основывать свою легитимность исключительно на репутации и прошлом.
Если мы хотим увидеть появление новых икон, что крайне важно для обеспечения устойчивости отрасли, часовые бренды должны осмелиться экспериментировать в плане дизайна.
В связи с этим возникает ряд вопросов: почему иконы так важны? Как можно создавать новые? И почему так сложно освободиться от существующих, как это недавно продемонстрировал случай с «Наутилусом»?
Для обеспечения долгосрочной жизнеспособности сектора крайне важно создавать новые культовые модели, способные привлечь молодое поколение коллекционеров и любителей часов. Речь также идет о развитии параллельных вселенных, удовлетворяющих разнообразные вкусы: в то время как одни остаются верны историческим моделям, многие теперь тяготеют к смелой, новой эстетике. Это также дает им возможность стать первым поколением, которое возведет часы в ранг иконы. Потому что икону нельзя предопределить; она создается внутри часового сообщества.
В действительности, лишь немногие бренды могут похвастаться созданием культовых часов в последние годы. Примерами могут служить Streamliner от H. Moser & Cie., Chronomètre à Résonance от FP Journe, чьи тонко сбалансированные циферблаты выражают сдержанную сложность, и Octo Finissimo от Bvlgari с его геометрической, многослойной конструкцией и исключительной тонкостью. Все эти модели оставят неизгладимый след в истории современного часового дизайна.
Streamliner от H. Moser & Cie.
Chronomètre à Résonance от FP Journe
Octo Finissimo от Bvlgari
Так почему же крупным брендам так сложно создавать новые культовые модели? Несомненно, потому что они не решаются порвать со своим наследием. Однако, чтобы оставаться актуальными в долгосрочной перспективе, они должны быть готовы рисковать и осваивать новые территории, даже если у них уже есть культовые модели. Креативность по-прежнему остается чувствительной областью: является ли это следствием громоздких структур принятия решений, присущих крупным корпорациям? Или это отражает неприятие перемен, усугубляемое неустанным темпом запуска новых продуктов, навязываемым компаниям, акции которых торгуются на бирже?
Интересно, что экспериментирование по-прежнему широко распространено, даже среди крупных брендов, когда речь идет о технических инновациях. Но почему массовые бренды продолжают внедрять передовые, зачастую запатентованные, разработки в корпуса, дизайн которых насчитывает 50 или 60 лет?
На мой взгляд, брендам всех размеров и с разной историей было бы полезно внимательно понаблюдать за новой волной независимого часового производства, которую можно разделить на две основные категории:
с одной стороны, доступное, недорогое и безграничное часовое производство, движимое смелыми дизайнерскими решениями, которые начинают бросать вызов устоявшемуся порядку;
с другой стороны, независимые создатели сверхвысокого класса, создающие настоящие произведения искусства.
Эти два мира также имеют общую основу: креативность и сильное чувство стиля.
Всё это свидетельствует о том, что рынок готов принять новые эстетические иконы, и что крупные бренды играют ключевую роль в их выводе на передний план. Перемены, креативность и склонность к экспериментам перестали быть просто украшениями: теперь они являются движущей силой позитивной и устойчивой эволюции.
