Индийская династия Моголов (1526–1857) известна тем, что в её период процветали творчество, дизайн и роскошь в искусстве, архитектуре и декоре, особенно в ювелирном деле. Благодаря сочетанию персидских, исламских и индийских влияний, а также тонкому мастерству, глубокому пониманию материалов, вниманию к симметрии и балансу, были созданы одни из самых красивых в мире предметов, сочетающих в себе функциональность и изысканность.
Кулон, выполненный при дворе династии Великих Моголов, около 1610-1620 гг. Предположительно мог принадлежать императору Джахангиру. Нефрит с рубинами, изумрудами и золотой инкрустацией. Музей Виктории и Альберта. В персидской традиции удоды, изображенные на кулоне, символизируют архетип царской мудрости Сулеймана (царя Соломона), которой восхищались могольские императоры и с которым часто сравнивали себя. Глаза птиц изготовлены из миниатюрных изумрудов, вставленных в золото с использованием техники кундан.
Подобные артефакты в настоящее время представлены в Музее Гонконгского дворца в рамках выставки «Серия Гонконгского жокейского клуба: Сокровища могольского двора из Музея Виктории и Альберта», которая продлится до 23 февраля 2026 года. Выставка посвящена правлению трех великих могольских императоров – Акбара (1556–1605), его сына Джахангира (1605–1627) и внука Шах-Джахана (1628–1658) – и исследует, как их покровительство формировало визуальную культуру двора через ювелирное дело, живопись, текстиль и архитектуру.
Кинжал с изогнутым лезвием и ножнами
Мастерские при дворе династии Моголов, около 1620 года. Рукоять: золото поверх железного сердечника, инкрустированное рубинами, бриллиантами, изумрудами, стеклом, слоновой костью, агатом; клинок: сталь, золото; ножны: золото поверх дерева, инкрустированные рубинами, изумрудами, бриллиантами. Коллекция аль-Сабах, Дар аль-Атар аль-Исламийя, Кувейт
«В дизайне эпохи Великих Моголов есть уникальная красота, изысканность и утонченность, — говорит Эмили Ханнам, куратор Южной Азии в Музее Виктории и Альберта (V&A). — Мы можем объяснить это не только огромным творческим потенциалом и мастерством этих мастеров, но и всей экономической экосистемой, которая лежала в его основе».
В период своего расцвета империя Великих Моголов простиралась от Южной Индии до современного Кабула и от Гуджарата до Бангладеш. До XVIII века на её долю приходилось 28 процентов мирового промышленного производства, а её экономика превосходила экономику китайской династии Цин и Европы, что привело к созданию богатого королевского двора.
«Замысловатость и сложность этих изделий просто неподражаемы. Лучшие ювелиры и дизайнеры Индии сегодня скажут вам, что невозможно воссоздать лучшие образцы могольского дизайна 1600-х годов, потому что эти навыки [и экосистема] больше не существуют», — добавляет Ханнам.
Император Шах-Джахан, держащий изумруд. Автор Муххамад Абид, около 1628-1629 гг. Акварель и золото на бумаге. Музей Виктории и Альберта. Император Шах-Джахан питал огромную страсть к драгоценным камням. На портрете император изображен в ожерельях, браслетах, нарукавниках и украшениях на тюрбане из крупных жемчужин, шпинелей и других драгоценных камней, а в левой руке он держит большой изумруд. Портовый город Старый Гоа (Velha Goa), расположенный на западном побережье Индийского полуострова в штате Гоа, находился под португальским контролем и являлся центром мировой торговли драгоценными камнями, включая импорт колумбийских изумрудов португальскими купцами.
