Газета «Le Figaro» разыскала отставного мастера-ювелира, вышедшего на пенсию в 2015 году, который раньше работал с одним из украшений, пропавших во время ограбления галереи «Аполлон» 19 октября. Он рассказал, как восстановил комплект украшений императрицы Марии-Луизы, поврежденный в музейной витрине.
Это изумрудное ожерелье, а также пара соответствующих серег, созданных ювелиром Нито в 1810 году и подаренных Наполеоном Мари-Луизе по случаю их свадьбы, исчезли после ограбления Лувра
Ювелиры Вандомской площади редко говорят об этом, и особенно сейчас, не хотят привлекать к этому внимание. Но это факт: все они поддерживают тесные связи с Лувром. Меценатство Cartier и помощь в установке новых витрин в галерее «Аполлон» в 2019 году, отчет Van Cleef & Arpels о нарушениях безопасности, а также реставрационные и ремонтные работы над ювелирными изделиями музея в крупных парижских мастерских, в частности, в Chaumet, – связей множество. Но когда мы попытались выяснить, кто из них мог бы отремонтировать корону Евгении, найденную поврежденной на тротуаре после того, как скрылись грабители, нам не удалось получить никакой информации…
Однако в ходе нашего расследования мы выяснили, что дело связано с отставным мастером-ювелиром из мастерской на площади Вандом (имя которого мы не будем разглашать), который на условиях анонимности (назвав только свое имя, Филипп) согласился рассказать нам о том, как несколько недель у него на рабочем столе лежало изумрудное ожерелье императрицы Марии-Луизы. Этот комплект, вместе с парой соответствующих сережек от ювелира Нито, исчез, будучи украденным ворами 19 октября.
LE FIGARO: Когда вы впервые держали в руках это ожерелье?
ФИЛИПП: Это было около десяти лет назад. В ювелирную мастерскую, где я тогда работал, оно попало, по-видимому, из-за того, что выпало из витрины в галерее Аполлона в Лувре (до того, как стеклянные витрины были заменены в 2019 году, прим. ред.). И оно было повреждено выдвижной системой безопасности. Повреждения были серьёзными; изумрудный кулон был раздавлен. В таких случаях наша цель – максимально сохранить изделие в его историческом состоянии. Поэтому для ремонта изделия с сохранением как можно большего количества оригинальных элементов был задействован богатый опыт специалистов.
LE FIGARO: Были ли повреждены камни?
ФИЛИПП: К счастью, изумруд, несмотря на свою чрезвычайную хрупкость, не разбился; он просто выпал из оправы. Окружающие его бриллианты, ограненные в старинном стиле, были выбиты ударом. В конечном итоге, реставрация сосредоточилась в основном на металлической оправе. Более того, она очень характерна для техник того периода: верхняя часть выполнена из серебра, что придает ей черненый эффект, а нижняя — из золота для дополнительной прочности.
Оправа колье выполнена из серебра сверху и золота снизу. Луврский музей.
ФИЛИПП: В работе участвовало несколько человек. Я, как ювелир, занимался закреплением камней, но был еще и полировщик, и тот, кто закреплял камни... Изделие простояло в мастерской две-три недели. Помню, мы никуда не спешили. С такими изделиями спешить категорически нельзя.
LE FIGARO: Поскольку сегодня вы на пенсии, если вдруг мы обнаружим поврежденное ожерелье, не могли бы мы позвонить вам, чтобы вы его починили, ведь вы его хорошо знаете?
ФИЛИПП: Нет, я так не думаю! Ещё остались несколько мастеров, которые умеют это делать и уже работали с таким ожерельем. Нужно понимать, что в этих мастерских на Вандомской площади работает элита ювелирного мира. Передача знаний очень важна. Старшее поколение передаёт свой опыт молодому. Самые опытные уже отреставрировали или обработали несколько подобных изделий, поэтому они направляют тех, кто, в свою очередь, сталкивается с таким украшением на их рабочем столе. Такая реставрация – это работа не одного человека, а целой команды, обладающей разнообразными навыками.
LE FIGARO: В момент ограбления вы написали в социальных сетях, что реставрация ожерелья стала для вас «приятным воспоминанием». Что вы имели в виду?
ФИЛИПП: Это был необыкновенный момент в моей карьере! У меня до сих пор мурашки по коже, когда я об этом говорю. Когда у тебя есть возможность держать в руках такие украшения, изделия, имеющие такую историческую ценность, которые носили великие люди, оставившие свой след в истории... Это не просто работа, это прикосновение к прошлому, к искусству, к наследию. Это честь и огромная ответственность. Изумрудное ожерелье Марии-Луизы – это не просто драгоценность, это часть истории Франции, часть истории ювелирного искусства. Работать с ним – это как вести диалог с мастерами прошлого, понимать их замысел, их технику. Это незабываемый опыт, который оставил глубокий след в моей памяти и в моей профессиональной жизни.
