Журнал “Русский Ювелир”
Издается с 1996 года

Леонид Красин, Агафон Фаберже и другие – опыт решения «алмазной проблемы» в 1922 году

6 мая
Валентин Скурлов (Санкт – Петербург)

В условиях нынешней парадигмы противостояния России и «Анти-России» (раньше писали «России и Запада», но теперь против России выступают также  страны Востока: Япония и Австралия) неожиданно выяснилось, что наука «историческая психология» имеет не только теоретический инструментарий анализа процессов, но и практическое приложение.

После начала спецоперации России страны Запада фактически ведут против России экономическую войну.  Президент России Владимир Путин отмечал, что политика сдерживания и ослабления России - это долгосрочная стратегия Запада, а санкции нанесли серьезный удар по всей мировой экономике.

«Спецоперация РФ на Украине – это фактически российско-украинская гражданская война в составе глобального военного противостояния России и Запада. - Об этом в эфире телеканала «Россия 1» заявил гендиректор «Мосфильма», российский кинорежиссёр Карен Шахназаров, передаёт корреспондент «ПолитНавигатора». - «Начав специальную военную операцию, Россия запустила революционный процесс. Причём, глобального масштаба, который перевернёт мир, причём как всякий революционный процесс, он только вначале. Вообще то, что мы знаем по истории, у революционных процессов есть одна особенность – они никогда не останавливаются посередине, они всегда доходят до конца, до края. Это действительно поменяет вообще всю конфигурацию мировую и сыграет большую роль в жизни всего мира», – прогнозирует режиссёр. Он подчеркнул, что нужно чётко различать противостояние с Украиной и с Западом.

«Примеров экономической войны, которая началась в отношении РФ, еще не было, ситуация беспрецедентная, прогнозы относительно роста цен делать не стоит, нужно принимать меры для снижения негативных последствий и дальнейших рисков»  - заявил журналистам пресс-секретарь президента РФ Дм. Песков, 10 марта 2022— РИА Новости. 

 

Будучи историком современного АО «Русские самоцветы»,  я четверть века назад уже изучил в московских архивах, в том числе в бывшем архиве ЦК КПСС,   документы по «золотой блокаде» и «алмазной проблеме» 1920-х гг.  В том числе выяснил, что устав Общества камнесамоцветного сырья под названием «Русские самоцветы» был утвержден императором  в мае 1912 года, а устав Гостреста «Русские самоцветы» утвержден Президиумом ВСНХ от 02 октября 1922 [1]. Уже тогда встречались материалы по «алмазной проблеме» применительно к деятельности Треста «Русские самоцветы»:

 

       «01 июля 1924 г. Некоторые виды промышленности СССР – горная, кардощеточная, стекольная и др. имеют надобность в различных сортах технических алмазов (карбонаты, балясы, борты и др.). По имеющимся у нас сведения, до сих пор снабжение алмазами имело чрезвычайно случайный, пестрый, чтобы не сказать хаотический характер. Получались эти товары через АРКОС, через Торгпредства и другими путями то из Англии, то из Германии, то из Голландии. Трест имеет отделение в Лондоне. Просим дать нам преимущественное право снабжения промышленности техническими алмазами (Виза: отказать Тресту во избежание монополизма)». [2]

В конце 1920-х  - начале 1930-х гг. перед СССР остро встала проблема обеспечения потребностей отечественными алмазами. До 1928 г. СССР импортировал алмазы на сумму св. 2 млн. руб., причем такое количество удовлетворяло только 50 % потребности промышленности.  Перед Второй Мировой войной СССР расходовал технических алмазов в среднем 23 000 кар в год, столько же, сколько США расходовало в 1926 г.

Алмазная проблема носила политический и экономический характер. Ведущие западные страны имели возможность оказывать давление на советское производство путем репрессий импорта алмазов в СССР.  [18]

Мне, применительно к сегодняшним реалиям, хотелось бы  остановиться на такой философско – исторической категории, как «роль личности в истории».  Нами рассмотрены личности и деятельность  Леонида Борисовича Красина и Агафона Карловича  Фаберже.

Рассмотрим некоторые исторические документы 1921 года.

Российский Центр хранения и изучения документов новейшей истории (бывший архив ЦК КПСС):

Копия. Расшифрованная телеграмма.

Из Ревеля. Совершенно секретно. Вх. № 7879, 7913, 14-с. Расшифровка 27.08.1921. Получена 27,08.1921.

Москва. Красину.  Копия Ленину , Альскому.

Заявки и все крупные суммы сыплются как из рога изобилия, а между тем уже около месяца сидим без русского золота, иностранное же, во избежание потерь, не продано, а посылаю на комиссию, благодаря чему валюта поступает медленно. Имеющегося в наличии едва хватает на полученные уже заявки, новые же заявки могут быть удовлетворены лишь в том случае, если немедленно снимается запрет с продажи драгоценностей на которые теперь имеется сильный спрос. Сюда обращаются крупные покупатели, из них один, доказавший недавно свою солидность недавнею покупкой у нас золота и драгоценностей на 20 млн. фунтов стерлингов, внеся половину суммы задатков. Считаю совершенно неразумным отгонять покупателей в надежде на создание в неопределенном будущем синдиката в Лондоне на неизвестных еще условиях. Спрос может вновь исчезнуть, как он исчез на долгое время полтора года назад и повторится история с платиной, пенькой, икрой и другими нашими экспортными товарами. Валюта приносит доход, а мы держим огромный мертвый капитал, теряя миллионы на   процентах. Еще раз напоминаю, что я продал имевшиеся в Ревеле драгоценности на 15 % выше московской оценки, которые многие считают слишком высокой. Можно цену поднять теперь и выше. Если сами не отмените своего решения, то прошу поставить вопрос на СТО Совет Труда и Обороны – В.С. ) или Политбюро. № 175.

25 августа 1921 г. ЛИТВИНОВ. [3]

Почто-телеграмма, 101.

Тов. Литвинову. Копия: Тов. Ленину, тов. Альскому.

На Вашу телеграмму от 25. 08.с.г., № 175 сообщаю, что по поводу недостаточного снабжения золотом, Вы должны были заблаговременно протестовать с целью соответствующего нажима на Наркомфин, который удивительно безбожно запаздывает с исполнением нарядов на посылку ассигнованного Совнаркомом металла. Мною обращено внимание Наркомфина на угрожающий крах продовольственных поставок из-за несвоевременного снабжения Вас золотом.

Я решительно возражаю против продажи ценностей через Ревель. Произведенные продажи сопровождались для нас крупными убытками и продолжать растрату казенного добра я не намерен. Если имеется какое – то предложение крупных закупок, надо его сообщить в деталях, оно будет подвергнуто еловому обсуждению вероятнее всего, это какой-нибудь Швиндер. Констатируемое Вами увеличение цен на этом рынке является результатом именно прекращения анархических кустарных продаж, которыми, кроме Ревеля последнее время уже никто не занимался. По общему вопросу реализации имеется  постановление Финансовой комиссии Совнаркома и вносить это вопрос на обсуждение других инстанций по моему нецелесообразно.  КРАСИН».  [4]

Л.8:  «…Даже если тов. Литвинов имел в виду не конкретную сделку, а общий вопрос о реализации ценностей (в том числе о необходимости прекратить наконец эту реализацию в нездоровой спекулянтской дыре – Ревеле) то и тут он обращается не по адресу, ибо этим вопросом занимается вполне конкретная Финансовая комиссия Совнаркома (под председательством т. Преображенского и т. Киселева).

    …..Добавлю, что предложение о покупке ценностей на 20 млн. фунтов не кажется мне серьезным, ибо такого количества ценностей, по крайней мере учтенных или разобранных, у нас вообще нет и заключать обязательство на продажу такой массы камней было бы легкомысленно. Скорее всего, мировые торговцы бриллиантами стараются через посредство ревельских спекулянтов выведать, сколько еще осталось в наших руках этого добра.

      Во избежание недоразумений должен еще заметить, что тов. Литвинов никакого специального отношения к этому вопросу, кроме несения им наполовину номинальной должности уполномоченного Внешторга в Эстонии, не имеет – он состоит уполномоченным Совнаркома по реализации золота, продажа же ценностей – всецело дело Внешторга (с мая с.г.).

С товарищеским приветом КРАСИН» [5]

РЦХНДИ. Ф.5. Оп.1. Д. 127.

Завышение цен на бриллианты. В Латвии на 80 тыс. карат бриллиантов. Красин не может продать.

Я.М. Юровский, зав. Золотым отделом ГОХРАНа, представил 08.06.1921 г. предложения по реорганизации ГОХРАНа.

Л.134: Записка тов. Я.М. Юровского

В настоящее время в Латвии лежат 80 тыс. кар. бриллиантов и совершенно неизвестно, почему они не проданы, потому ли, что оценщики оценили слишком высоко, потому ли, что подбор был сделан такой, когда такой крупной партии нельзя купить без риска, но здесь разумеется не исключена и такая возможность, что наши спецы предупредили не торопиться с покупкой и вся беда в том, что тов. Красин конечно не имеет твердой уверенности ни в качестве продаваемого товара, ни в его цене, тогда как эти недостатки мы можем легко избежать и тем самым облегчить наши торговые операции. Между тем, в беседе с тов. Красиным в день его отъезда в Лондон, выяснилось, что многие товары, которые у нас ломались (о чем я ему сообщил) могут быть с большим успехом быть проданы на внешнем и внутреннем рынках». [6]

 

Ровно сто лет назад, весной 1922 года, нарком  внешней торговли РСФСР Леонид Красин написал председателю Совнаркома  В. И.  Ленину письмо о положении советской России на алмазно-бриллиантовом рынке, в котором сообщал следующее: «…Де БИРС был у меня весной, упрекал, что мы коминтерновскими распродажами вконец испортили рынок и заставили его прикрыть копи в Африке. Предлагал устроить синдикат, не продавать по мелочам, а все через него, обещал дать ссуду под залог. Не зная, велик ли у нас запас в Гохране или уже все распродано, я не дал определенного ответа и тянул переговоры… Как только я достоверно буду знать, что ценностей много и что на сторону они утекать и кустарно сбываться не будут, можно синдикат организовать… Всю массу, однако, вывозить за границу сразу небезопасно: в случае разрыва торговых договоров могут на нее наложить лапу. Полагаю держать не больше как на 30–50 миллионов и пополнять по мере продажи»  [7 ].

В условиях, когда коммунистический режим России не то что подвергался каким-то санкциям, но находился в абсолютной блокаде: отсутствовали и деловые, и даже дипломатические контакты.

Результат работы Красина на бриллиантовом рынке сегодня известен: только через его ближайших сотрудников в Европе (преимущественно в Великобритании) было продано свыше 11 млн карат бриллиантов [8]. Количество поражает воображение, учитывая, что среднегодовая добыча алмазов в 1921 – 1930 годах немногим превышала 5 млн карат. И это были далеко не примитивные продажи ценностей, конфискованных у состоятельных российских граждан, аристократических фамилий и церкви. Вырученные деньги вкладывались в политический лоббизм и через третьих лиц в капиталы гигантов европейской индустрии и банков, что впоследствии в значительной степени обеспечило успех сталинской индустриализации 1930-х годов.

5 ноября 1921 г. Владимир Ильич Ленин написал примечательную статью «О значении золота теперь и после полной победы социализма», в которой высказал банальную, но дельную мысль – «беречь надо в РСФСР золото, продавать его подороже, покупать на него товары подешевле» (оставив при этом за скобками использование золотых резервов страны на поддержку мирового коммунистического движения)». [9].

В 1920 году по инициативе Ленина был создан так называемый ГОХРАН – Государственное хранилище ценностей, которое должно было служить в целях накопления резерва валютных ценностей.[10].  На первых порах работу Гохрана курировал заместитель наркома финансов А.О. Альский  [А.О. Альский (1892 – 1939)]. Помещался Гохран в здании бывшей Московской ссудной казны (Казенный ломбард). Сюда направлялись все реквизированные ценности: золото, драгоценные камни, серебро. По положению Гохран являлся полномочным владельцем от имени государства всего выморочного имущества, а также реквизированного на таможне и по решению суда.

Попытки реализации советскими эмиссарами в 1921 г. драгоценностей и платины в Европе оказались неудачными. На запрос Ленина о причинах неудач, отвечавший за реализацию ценностей член коллегии НКИД М.М. Литвинов  (С конца декабря 1920 г. по середину сентября 1921 г. он был исполняющим обязанности полпреда в Эстонии)  отвечал: «Емкость рынка при теперешнем экон[омическом] кризисе крайне ограничена… драгоценностей продана лишь незначительная часть. Необходимо этот товар скинуть со счетов в наших валютных планах. 2) Платина. С исчезновением этого металла на мировом рынке, исчез и спрос.

Цена стоит крайне низкая… Необходимо выждать усиления спроса и повышения цены… Вывод. Рассчитывать мы должны главным образом на реализацию золота, в особенности иностранного» [11].

Первым начальником Гохрана был некий товарищ Баша. После его увольнения,  как не обеспечившего режим хранения, Гохран вошел в состав Комиссии по сосредоточению валютных ценностей, председателем которой был назначен Лев Троцкий, выдающийся администратор. Но поскольку у него было много обязанностей (в том числе он был председателем Революционного Военного Совета Республики), то фактически руководил работой Гохрана Г.Д. Базилевич. [12].

Последний организовал в марте 1922 года работу комиссии академика А.Е. Ферсмана по описанию бывшего императорского "Алмазного фонда", который получил название "Российский Алмазный Фонд", а после образования СССР в декабре 1922 г. - "Алмазный Фонд СССР".

В конце весны 1921 г. в Гохране обнаружились крупные хищения. Расследованием занимался Г.И. Бокий. [13]. Было арестовано несколько десятков человек, в том числе оценщики. Новых оценщиков в Москве было трудно найти. Дефицит кадров в Москве представители Гохрана были вынуждены восполнять петроградскими кадрами. В бывшей столице им удалось привлечь несколько крупных специалистов-оценщиков. После длительных переговоров удалось сговориться и получить согласие следующих спецов: Фаберже, Франц, Котлер [14] , Масеев Мехов, Уткин,  Бок.  

Итак, Агафон Фаберже, после долгих уговоров, стал сотрудником Гохрана. Агафона Карловича, по его собственным словам, в Москве называли «любимцем Троцкого». О работе Агафона Карловича в Гохране сведения скупы, впрочем, как и всей работе этого учреждения. Он был одним из экспертов Гохрана, подписавшим 19 мая 1922 г. письмо на имя Базилевича, в котором сообщалось о принципах произведенной ими оценки драгоценностей бывшего Императорского Двора. Подписанты указывали,  что  их оценка ни в коем случае не является завышенной, ибо, в первую очередь, бралась во внимание «действительная ценность камней», их подбор, художественность выполнения и лишь затем — «их историческое значение». Постановка в письме  данной проблемы  позволяет предположить, что в вину оценщикам ставились трудности с реализацией в Европе тех изделий с драгоценными камнями, оценку которых они производили. Коротко говоря, завышенная по представлениям властей оценка могла рассматриваться как основная причина сокращения валютных поступлений – ювелирные украшения и драгоценные камни с трудом находили сбыт (результат мировой войны). Эксперты оценили в 375 млн. золотых рублей одни только коронационные регалии (большая и малая короны, скипетр, держава, цепь Андрея Первозванного, орден). Они подчеркивали, что даже при недопустимой оценке «как товар или лом» «этот сказочный подбор бриллиантов во главе с историческим камнем «Орлов» (описанном в целом ряде научных изысканий) и крупным шпинелем (по своей величине первый в мире)» пойдет за огромные миллионы. Из документа следует, что заместитель председателя СНК и Совета Труда и Обороны РСФСР А. И. Рыков уже интересовался «возможностью реализации коронационных ценностей на заграничном рынке» у Фаберже и академика Ферсмана. Он получил ответ, что это «безусловно, возможно при особо осторожном подходе к этой операции, не торопясь» [15].

16 сентября 1924 г. Агафон Фаберже был арестован вместе с 52-летним ювелиром Александром Карловичем Боком, также как и он, занимавшимся оценкой драгоценностей в Гохране. Месяц спустя из ленинградской тюрьмы его перевезли в московскую – в Бутырки  О причинах ареста можно только догадываться. Однако еще в конце марта

1924 г. в ОГПУ поступила информация от агентуры, что, будучи в гостях у германского вице-консула в Петрограде Заурна, Фаберже в разговоре пожаловался на то, что в Москве его обманули, выдав ему не те вещи, которые были обещаны за оценку драгоценностей. Можно предположить, что Агафон Карлович выторговал себе право получать свое жалованье оценщика Гохрана не т.н. «совзнаками» или червонцами, а драгоценными камнями или изделиями. Именно высказанное им в стенах германского консульства недовольство, судя по всему, и повлекло арест (немцы считали, что беседа была подслушана консульским поваром – агентом ГПУ). Насколько далеко мог в своей разговорчивости зайти Фаберже, власти не знали, но потенциальную угрозу осознали сразу. Даже если Агафон Карлович и продолжал числиться в любимчиках Троцкого, политическая ситуация в стране уже изменилась настолько, что расположение вождя становилось не гарантией безопасности, а скорее отягчающим вину арестованного обстоятельством. 6-месячное тюремное сидение подтолкнуло Фаберже дать согласие на сотрудничество с органами. Свобода была им получена и на этот раз. [16].

В ночь на 11 декабря 1927 г. Агафон Фаберже вместе со второй женой Марией Борзовой и четырехлетним сыном Олегом бежал по льду Финского залива в Финляндию. Умер в 1951 году в Хельсинки. По семейной легенде, переданной внучкой Агафона г-жой Татьяной Фаберже, Агафон был арестован в результате интриг, возникших после «чистки» ГОХРАНа.

 

Как отмечает эксперт по алмазно – бриллиантовой проблеме, современный исследователь  Сергей Горяинов: «Участие регулятора алмазного рынка «Де Бирс»  и его сателлитов в этом процессе было во многом вынужденное и диктовалось не столько желанием получить прибыль, сколько спасти рынок от фатального обрушения, вызванного уже частично реализовавшимся демпингом большевиков («коминтерновские» поставки) и грозившим принять лавинообразный характер в самой ближайшей перспективе. Тем не менее, картина вырисовывается вполне отчетливая: игрок с удельным весом, сопоставимым с объемом рынка, способен навязать собственные условия, невзирая на идеологические и политические противоречия, санкции, блокаду, etc.

Несмотря на то, что за сто лет алмазно-бриллиантовый рынок проделал большой путь в своем развитии, мы довольно неожиданно оказались в ситуации, весьма похожей на 1920-е годы. Шквал санкций, обрушившийся на Россию, уже носит беспрецедентный характер, и вероятность того, что степень политической и деловой изоляции нашего государства приблизится к той, что была характерна для СССР на заре его существования, весьма велика. Таким образом, игрок, контролирующий свыше трети алмазного рынка, рискует столкнуться с полным запретом на цивилизованное в этом рынке участие.

 «Алмазы и бриллианты – это не нефть и не газ, трубопроводы для их реализации не нужны. Организация теневых (или как говорили во времена СССР «параллельных») каналов сбыта – задача вполне решаемая и даже не слишком сложная. А вот демпинг будет неотъемлемым элементом процесса, пожалуй, что и посильнее, чем в 1920-х годах. И в тесном консервативном мире современного алмазного рынка могут появиться новые люди, подобные Леониду Красину. И историк будущего когда-нибудь с понятным трепетом станет изучать переписку критического 2022 года…» [17].

Основной вывод, который сделан нами после изучения документов 1920-х гг. – что проблемой борьбы с санкциями должны заниматься специалисты, досконально знающие империалистический рынок,  социально – психологический портрет, психологию и менталитет  империалистической буржуазии  - наших изощренных противников. В этом отношении, изучение личностей Леонида Красина и Агафона Фаберже, выдающихся игроков капиталистического алмазно - бриллиантового рынка, представляет не только исторический интерес, но насущную необходимость.

             Литература примечания.

1. Архив ЦГАНХ. Ф.325. Оп.1. Д.23. Л.29. Выписки из протоколов заседания комиссии СНК о деятельности Треста «Русские самоцветы».

2. Там же.

3. Российский Центр хранения и изучения документов новейшей истории (бывший архив ЦК КПСС)/ Ф. 5. Оп.1. Д.261. Документальные материалы управляющего делами Совнаркома Н.П. Горбунова, собранные по поручению В.И. Ленина, копии телеграмм М.М. Литвинова, Наркому внешней торговли Л.Б. Красину о продаже наших ценностей. 25.08.- 01.09.1921. Копия секретного отношения тт. Красина, Литвинову, Молотову и Альскому. По поручению тов. Ленина о запродаже наших ценностей.

4. Там же. Лист 3.

5. Там же. Лист 8.

6. РЦХНДИ. Ф.5. Оп.1. Д. 127.

7.РГАСПИ. Ф. 2. Оп. 2. Д. 1166. Л. 1–2.

8.Осокина Е.А. Алхимия советской индустриализации: время Торгсина. М.: Новое литературное обозрение, 2019. Стр. 65.

9.В.И. Ленин. Полное собрание сочинений. Т. 44. С. 222.

10.Российский  Центр хранения и изучения документов новейшей истории (бывший Архив ЦК КПСС). Ф. 5. Оп. 1. Д. 127 «О работе Гохрана. 1920 – 1922». Л. 9: Гохран учрежден постановление СНК в заседании от 03 февраля 1921 г. Создан 16 марта 1920 г.

11.В.И. Ленин. Неизвестные документы. 1891-1922. С. 453-454.

12.Георгий Дмитриевич Базилевич (1889 – 1939), с 11 ноября 1921 г.  заместитель Особоуполномоченного Совнаркома по учету и сосредоточению ценностей, т.е. Троцкого.

13.Глеб Иванович Бокий (1879-1937) -  председатель петроградской ЧК (1918-1919), начальник 8-го спецотдела ОГПУ, член коллегии ОГПУ.

 14.Александр Францевич Котлер, (1872-1953)   бывший сотрудник комиссии Гохрана по описанию "Алмазного Фонда СССР", бывший коммерческий директор Московского Ювелирного Товарищества (МЮТ). Знал пять европейских языков, имел большие связи среди бриллиантщиков Европы. В 1922-1927 гг., до организации Всесоюзного объединения "Антиквариат", только МЮТ вместе с ГОСТОРГом по заданию ГОХРАНа продавали на западном рынке императорские пасхальные яйца. Котлер был также сотрудником Треста "Русские Самоцветы" и неоднократно выезжал за рубеж, в частности по заданию Треста в 1926 году, о чем имеется переписка с академиком А.Е. Ферсманом. Котлер продавал в Париже книгу "Российский Алмазный фонд" по 300 золотых рублей за экземпляр. Работа под прикрытием Треста "Русские Самоцветы" могла быть работой по заданию Валютного управления Наркомфина - ГОХРАНа. По сведениям академика А.Е. Ферсмана, А.Ф.Котлер, которого академик называет в первой пятерке геммологов России, вернулся в начале 1933 г. на историческую родину в Чехословакию. В конце 1928 г. был арестован в Екатеринбурге, пять лет сидел в Соловецких лагерях. Отец А.Ф. Котлера был родом из Турнова, чех.

15.Политбюро и церковь. 1922-1925 гг. Кн. 1.

16.Агафон Фаберже в Красном Петрограде. Коллектив авторов, под руководством и научной редакцией доктора ист. наук А.В. Рупасова. «Лики России», СПб, 2012 г.

17. Сергей Горяинов. Rough&Polished. 25 апреля 2022.

18.Р.Н. Юзмухаметов. Из истории алмазной проблемы в СССР (1828-1946)

 

Читайте также